Асим — второй ребёнок в семье, родился абсолютно здоровым, активно развивался и всё было просто отлично… до полутора лет.
С полутора до двух лет мы стали замечать, что с ребёнком что-то не так. Его развитие словно остановилось. Мы обратились в поликлинику, врач сказал, что нет никаких поводов для волнений, просто продолжайте заниматься с ребёнком. Мы успокоились, но ненадолго.
С 2 до 2.8 лет ребенок мало того что перестал развиваться, он откатился в развитии! Он утратил все свои прежние навыки. Перестал откликаться на своё имя, перестал что-либо пытаться говорить, начал гулить. Начался период гиперактивности и неадекватности, он не мог сидеть на месте, постоянно бегал и прыгал. Начал бить себя по голове костяшками пальцев, кричал, плакал, смеялся, агрессировал без каких-либо причин. Мы начали бить тревогу. Ходили от одного врача к другому, от одного специалиста к другому. Сдали все возможные анализы — всё в норме. Прошли все обследования и нам поставили диагноз ЗПРР с признаками аутизма.
С тех пор ребенок регулярно посещает различные реабилитационные центры, часто по несколько раз в день. Каждый раз, как я привожу его на реабилитационные занятия, я вижу в его глазах усталость, грусть и отчаяние. Однако он понимает необходимость в этих занятиях. После занятий в центре, его ждут занятия дома, которые уже проводим мы. Помимо этого, ребёнку необходимо соблюдать строгую, безвкусную диету. Ему нельзя: жареное, жирное, сладкое, солёное, кислое, острое, горькое, молочное и продукты с глютеном и т. п.
До и после безвкусной пищи, ему необходимо принимать отвратительные на вкус препараты. Через силу, заставляя себя. Результаты есть, ребёнок развивается, но он всё равно сильно отстаёт от своих сверстников в развитии. Не описать словами как мы устали, особенно Асим. Помимо усталости, это всё очень сильно сказывается на финансовом положении семьи. Приходится выбирать, в каких центрах мы будем заниматься этот месяц, в каких — следующий месяц, хотя комплексно было бы намного эффективнее. Я всегда мечтала о дочери и сыне. Моя мечта сбылась, но мне очень больно видеть, как страдает мой сын. У Асима до сих пор нет речи, и он изо всех сил пытается что-то сказать и объяснить. Однако мне не всегда удаётся понять, что он хочет донести до меня, и это приводит его в депрессию. Он плачет, убегает в другую комнату или отдаляется от меня.
Я буду безмерно благодарна за любую вашу помощь!